>ужасов чуть ли не полстолетия не как русская, а как весьма приверженная своему очагу цивилизованная немецкая дама, чей домашний уклад отнюдь не так сильно отличался от домаш..
-- И вы думаете, что со временем все женщины будут ученые? -- Со временем, конечно. Взять пример с нашего быта и дер..
В тот день умерли двое, на следующий день - трое, потом количесво смертных случае подскочило до восьми. Любопытно было наблюдать, как мы это воспринимали...
ТиалБур предлагает: бурение любых скважин.
Банистрой предлагает: строительство бань, сруб бани быстро и качественно.
Создание сетей, телефонная связь, мини АТС - Taonet.
Другие книги автора:
Окрыленность духа (по творчеству М. Цветаевой)
Поэзия Марины Ивановны Цветаевой яркая, самобытная и неуемная, как и душа автора. Ее произведения напоминают корабли, штурмующие бурные воды океана. Цветаева ворвалась в литературу шквалом тем, образов и пристрастий. Вначале она пыталась понять истоки собственной гениальности, рождения вдохновения, обращаясь к своей яркой и порывистой натуре.
Красною кистью
Рябина зажглась.
Падали листья.
Я родилась.
Спорили сотни Колоколов.
День был субботний:
Иоанн Богослов.
В окружающем мире Марине Ивановне все интересно. Она слышит звуки и чувствует запахи, точно и поэтично передает их на страницах своих произведений. Цветаеву волнуют вечные вопросы: что есть бытие и смерть, источники жизни и творчества.
Уж сколько их упало в бездну,
Разверстую вдали!
Настанет день, когда и я исчезну
С поверхности земли.
Застынет все, что пело и боролось,
Сияло и рвалось:
И зелень глаз моих,
и нежный голос,
И золото волос.
О своем грядущем уходе автор говорит совершенно спокойно. Цветаева не кокетничает, она не боится смерти, ведь до этого так далеко! Пока же — открывшийся мир прекрасен и светел, сложен и интересен. От этого безумно хочется жить, радоваться, смеяться, любить и выливать увиденное в стихи, такие же безграничные, как родные просторы России.
Любовь в поэзии Цветаевой всегда огромная, пусть не взаимная, но глубокая и сильная, пугающая своей неуемностью и жаром.
Два солнца стынут, - о Господи, пощади! —
Одно — на небе, другое — в моей груди.
Как эти солнца, — прощу ли себе сама? —
Как эти солнца сводили меня с ума!
И оба стынут — не больно от их лучей!
И то остынет первым, что горячей.
Чувства Марины Ивановны запредельные, на грани возможного, оттого захватывает дух от стихов, открывающих сердце поэта и безграничность возможностей.
Кабы нас с тобой — да судьба свела —
Ох, веселые пошли бы по земле дела!
Не один бы нам поклонился град,
Ох, мой родный, мой природный, мой безродный брат!
Стихи Цветаевой напоминают бурные пассажи пианистов, выливающих в звуках свои эмоции, фантазии и чувства. Живя с размаху, Марина Ивановна Цветаева так и погибла, не примирившись с несправедливостью и жестокостью окружающего мира, но, к счастью, остались ее стихи, открывающие яркую, мятущуюся и бесстрашную душу поэта.
Не возьмешь моего румянца —
Сильного - как разливы рек!
Ты охотник, но я не дамся,
Ты погоня, но я есмь бег.
Не возьмешь мою душу живу!
Так, на полном скаку погонь -
Пригибающийся — и жилу
Перекусывающий конь Аравийский.
Тем временем:
... Такой "коммунист" кажется всем неприличным: у
него оголилась душа, он начинает смеяться, надевает обыкновенные штаны и
уходит "домой" - в цех.
- Товарищ! - говорят ему. - Надо жить только в гостиных и залах души. А
ты живешь в клозете. Опомнись, брат. Не смотри чертом... Не собирай нищих за
городом. Ты думаешь, они способны направить революцию. Нет, брат, оставь; не
тряси штанами нищими, мы и брюки видали...
И они замолчали. Другой, что говорил, ушел. Остался один, у кого в
сердце зверь и душа свободна от белья и сапогов приличий. Он видел остро и
радостно. Его тело скрипело под напором крови и горело, как огнедышащий
вулкан. В голове танцевали четкие фигуры развратных мыслей. Он был один,
один - с неисчислимыми массами неведомых, идущих к нему товарищей, решивших
взорвать мир без определенной цели, без программ и политики, а ради самих
себя, ради своей страсти к невозможному...
Он увидел весь мир во всем его приличии и свою душу во всем ее
неприличии. Первое дело он снял шляпу жизни - жену - и отпустил ее домой, в
деревню. Пусть песни вечером поЈт. Он и песню для неЈ сочинил и посвятил еЈ
ей.
Теперь он глядел на старую жабу - действительность, - и от еЈ мелочей у
него нутро затихало.
Он же был динамитом действительности и радовался своей справедливости.
Подойдет его время. Пока же он и спит, и обедает в клозете жизни -
своей душе.
Он знал одно: эти мелочи - вся истина жизни. Идеал, дух и прочие юбки
старых дев - это суть только заблуждающаяся материя.
2. Революционер в полном облачении
Площадь. Красные войска, рабочие, женщины, дети. После дождя вся земля
под стеклом. Гремит и движется под солнцем живая революция. Никто не верит,
что есть невозможное.
Парад. Черные чертики - фотографы - снимают пролетариат. Люди в полном
облачении, т.е. галифе, нагане, коже и т.д., устанавливают порядок, чтобы
было приличное лицо у революции.
К суетящейся хохочущей толпе, повторившей на квадратной сажени Октябрь,
подскакивает официальный революционер, бритый и даже слегка напудренный...
